После ужина я включаю телевизор, где Винокур отпускает свои
плоские шуточки, не забывая при этом напомнить в очередной раз,
что «он – друг Левы». На втором канале сквозь «снег» виднеются
ка-кие-то мечущиеся тени и‚ судя по звуку, это военные. И
неожиданно
я сам себе говорю:
– Уеду я отсюда.
И действительно, через год я уеду из Лойги навсегда. В
течение после-дующих шести месяцев, живя в Подмосковье, я
познаю на своей собствен-ной шкуре все прелести жизни
безработного, не имеющего ни прописки, ни родного угла, ни
гроша в кармане.
И там же в Подмосковье, я впервые переступлю порог
православно-го храма и… застыну‚ как изваяние. А по моему
телу в течении сорока минут будут идти мощные
живительные токи, от которых будут ше-велиться волосы
на голове.
А потом я уеду в огромный, неведомый мне город Москву, где в тече-ние
почти трех лет буду работать сторожем, сварщиком и кузнецом
в одном лице в Стройтресте № 14 и все это время я буду
жить в рабочей бытовке.
И снова я буду зарабатывать реальные большие деньги, и
снова поку-пать себе все‚ что пожелает моя душа, не забывая
при этом отклады-вать часть зарплаты на свое будущее
жилье. Но в 1998 году моя мечта вместе с денежками
превратится в пыль.
Все эти три года мне будет сниться один и тот же сон: будто я
снова учусь в вечерней школе, при этом мучительно сознавая, что
школуXто я эту уже закончил, вот только почему-то не получил диплом.
А потом я встречу хорошую женщину по имени Татьяна,
мою будущую жену. Первыми моими словами, когда я приду к
ней в гости с огромным букетом цветов в руке и
двухкилограммовым батоном ветчины под мышкой будут:
«Какие же вы счастливые! У вас есть свой дом!».
Уже работая кузнецом в Управлении механизации № 1‚
судьба сведет меня с мечтателем и эрудитом Максимом
Каминским, он покажет мне дорогу к булату.
Более трех лет с 2004 по 2007 годы я буду бешено трудиться, изго-
товляя своими руками горновую плавильную печь, огнеупорные тигли, по
собственному рецепту, варить булатные сплавки и расковывать их
в пластины.
Однажды, попав в ситуацию, из которой, казалось бы, не
было ни-какого выхода, я отчаянно взмолюсь: «Господи!
Помоги мне сделать булат! А назову я его «Булатом
Аносова!». И Господь услышит мой вопль и поможет.
Но поскольку моя душа, содержащая в себе непомерное
количество грязи, будет не готова к этому чистому делу, Он
очистит ее болезнями. От непрерывных, изнурительных
болей в спине мои ноги порой заплета-лись, желудок
выворачивало наизнанку от диклофенака, головные боли были
такими, что мне иной раз казалось, что я сойду с ума.
В последующие годы, уже работая над книгой, я приду к
неожиданно-му и поразительному для себя выводу: мне
удалось повторить все узоры Павла Петровича Аносова,
расковывая булатные сплавки боками пнев-матического
молота, точно так же‚ как это делал он – без всяческих
ухищрений, прямой ковкой.
Обет, данный нашему Господу Богу‚ я выполнил и написал свою
первую книгу. И называется она:
БУЛА Т АНОСОВА .
Домыслы, загадки, изготовление.
С уважением к читателю, Владимир
Югов.
 |
 |
 |